it_cafe

* * *

А на улице тихо-тихо, ни ветерка,
только дикие крики диких сорок и ворон:
это нас на берег Лета выносит река,
это нам подмигивает перевозчик Харон.
Но каким бы для нас не выдался этот год,
он в любом из случаев лучший из всех веков,
потому что дрожит хрустальным куполом небосвод
от неслышного эха ещё несказанных слов.
it_cafe

страшный суд

Пусть и здесь полежит.

А на небе не то что луны - ни звёздочки; мгла.
А свидетель ужасно потеет и руки трёт.
Отчего ж достаются только такие дела,
что глядеть на него не надо - понятно: врёт.

Ах, ну если бы у судьи всей семьи - лишь пёс,
он, тогда, конечно, сумел бы жить не по лжи,
но - жена, и дочка... и как тут порвать донос,
если Сам позвонил с намёком: мол, отслужи?

До чего же ужасно раскалывается голова,
выпил два пенталгина, но пенталгин не помог:
всё насквозь фальшиво - таблетки, дела, слова, -
невезенье над городом дымкой висит, как смог.

Отказаться - себя погубишь, его не спасёшь:
двое судий уже провозгласили вину.
Ладно, чёрт с ним: "виновен" (ложь порождает ложь,
и пускай они хоть все вместе идут ко дну.)

Только крестик зачем-то горячий, аж кожу жжёт;
и всё время кажется, что кто-то трубит "пора!".

А в однушке в Медведково будит супругу Лот:
"Вещи собраны. Надо идти. Город не доживёт до утра"